19.01.2023
237
Comment

Дорогостоящие компании становятся редкостью. Почему? Ответов на этот вопрос может быть очень много. Например, нужно где-то брать средства на закупку оборудования и реализацию всех планов. Но ведь достичь заявленной цели можно и с меньшими затратами. Последнее особенно актуально, если речь идет о получении прибыли вне зависимости от вида деятельности.

Например, все российские сельхозпроизводители в 2021 году продали на экспорт почти 40 млн. тонн зерна. При цене в 14,4 тыс. рублей за тонну суммарный доход можно считать достаточно неплохим. Но не будем забывать, что из этой суммы придется вычесть затраты на покупку семенного материала, выплаты по лизингу, зарплату персонала и т. д. Да и сельхозпроизводителей в России несколько десятков тысяч. И в результате прибыль на каждую отдельную ферму получится очень и очень небольшой.

А теперь возьмем для сравнения компанию Яндекс. Только за первые 9 месяцев 2021 года доход превысил 250 млрд рублей. Основные виды деятельности Яндекса — размещение рекламы, поисковые алгоритмы и т. д. В результате Яндекс — более прибыльная компания, чем даже самые крупные агрокомплексы России, вместе взятые.

И не забываем, что сельскохозяйственных и перерабатывающих предприятий в стране много. А Яндекс в России конкурентов не имеет. Да и на мировом может соперничать с Google. И эти два примера — множество сельхозпредприятий и Яндекс в единственном числе — наглядно демонстрируют две актуальные экономические модели: монополию и совершенную конкуренцию.

Рассмотрим эти модели более внимательно и подробно.

Совершенная конкуренция: какая она?

Совершенная конкуренция — достаточно редкое явление. Предположим, что на рынке работает определенное количество компаний, предлагающих некоторый однородный товар или услуги. И этого достаточно, чтобы в полном объеме удовлетворить спрос со стороны потенциальных потребителей.

И при этом рынок открыт для всех желающих. Время от времени свою продукцию предлагают новые производители. Они теснят уже имеющихся, заставляют их снижать цены, чтобы привлечь внимание покупателей именно к своему товару. Результат — потеря некоторой доли прибыли. Если новичков да еще и с конкурентоспособным товаром окажется слишком много, предложение в определенный момент времени превысит спрос. Неизбежные следствия — существенное снижение цены и уход части игроков с рынка. Они просто не могут продолжать работать на прежних условиях.

И далее начинается новый цикл. Рынок стабилизируется, цены повышаются, производители (иные поставщики) считают прибыль. Возможность заработать опять привлекает новичков. Они выходят на рынок и заставляют остальных снижать цены. И опять кто-либо не выдерживает конкуренции и решает сменить род деятельности.

Если суммировать все сказанное ранее, ни одна компания не имеет преимуществ и не может диктовать свои условия на рынке. Все изначально находятся в приблизительно одинаковом положении.

5K0A6009.jpg

А как дела обстоят с монополией?

На монопольном рынке ситуация складывается совершенно иным образом. В определенном секторе может работать только одна компания. И никто не мешает ей диктовать свои условия. У покупателей просто нет выбора. Им все равно придется платить за товары или услуги запрошенную цену. А монополист в этом случае может рассчитывать на максимально возможную прибыль.

 

Чтобы стать монополистом можно:

  • вытеснить конкурентов с рынка, в том числе за счет нечестной «игры»;
  • получить статус «государственной» компании. И государство просто больше никому не выдает соответствующие разрешения и лицензии на работу в данной сфере;
  • предложить на рынок нечто настолько уникальное и востребованное, что никто другой не сможет конкурировать с данной компанией.

Применительно к последнему пункту стоит сказать о Google и Яндекс. Формально эти две поисковые системы (и браузеры) являются крупнейшими в мире. Но! Google известен на всех континентах. Яндексом пользуются преимущественно в России и близлежащих странах. Помимо этого можно назвать еще Bing, Yahoo!, Baidu, AOL и еще несколько поисковых систем. Но по количеству пользователей они существенно уступают американскому монополисту.

Что лучше: конкуренция или монополия?

В не самом далеком прошлом Россия была частью СССР. И в этой стране конкуренция отсутствовала полностью. На высшем уровне решали, кому что и в каком объеме производить. Результат — полупустые полки. Особенно это было характерно для последних лет существования СССР.

Американские лидеры частенько сообщают, что у них в стране подобного не было именно благодаря наличию конкуренции. Но нужно понимать, что капитализм вовсе не строится на базе конкуренции. Капитализм предполагает, что некто аккумулирует в своих руках значительные капиталы. И далее может диктовать свои условия, кому и как жить и работать. Но в условиях совершенной конкуренции заработать миллиардные состояния невозможно. Если у всех одинаковый товар, то и прибыль распределяется равномерно.

Делаем вывод. Если речь идет не о заработке в данный конкретный момент времени, а о создании ценностей на длительное время, требуется абсолютно уникальный продукт. С рядовыми и универсальными рассчитывать на долгосрочную перспективу не приходится.

А теперь приходится решать, что преобладает в мире: монополии или совершенная конкуренция? Направлений деятельности в мире достаточно много, но мало кто может сказать, является ли компания монополистом или все же конкурирует с остальными.

Монополию и совершенную конкуренцию можно представить в виде двух звезд. И расстояние между ними измеряется в миллионах световых лет. И практически все предприятия «притягиваются» к одной из этих «звезд». Но со стороны это может быть и незаметно. Почему? Потому, что очень уж многие участники рынка стараются приукрасить свое положение. Либо наоборот заявляют о том, что их доля рынка значительно меньше реальной.

Отдельно стоит сказать о монополистах. Во многих странах мира действуют специальные антимонопольные ведомства. Они в числе прочего следят за тем, чтобы кто-либо не захватывал рынок полностью, не диктовал свои условия остальным участникам. Чтобы избежать различных санкций, многие монополисты старательно «делают вид», что они занимают меньшую долю рынка, чем это есть на самом деле. И с этой точки зрения показательна ситуация с Google.

Google: монополист или нет?

Ответить однозначно, является ли Google монополистом, невозможно. Придется рассмотреть слишком много отдельных пунктов:

  1. Информационно-поисковые системы. Если исходить из того, сколько человек в мире ежедневно использует Google для поиска нужной информации, эта система несомненно является монополистом. В разные годы на ее долю приходилось не менее 55-60% от всего объема рынка. Например, Microsoft даже в лучшие времена занимал не более 19%, на долю Yahoo! остается не более 10%. Еще одним свидетельством практически монопольного положения Google среди поисковых систем можно считать наличие даже глагола «гуглить». Никто же не говорит, что он «наяндексил» или «намайкрософтил» нужные данные. А «нагуглить» можно.
  2. Рекламные компании. И здесь Google практически мгновенно теряет свои лидирующие позиции. Информационные системы в США ежегодно приносят свои владельцам доход в размере от 17 млрд долларов. И благодаря своему положению Google забирает значительную часть этой суммы. НО! Всего на размещение рекламы в интернете компании в США тратят 37 млрд долларов, а во всех источниках вместе взятых — уже 150 млрд. В мире же ежегодно на размещение рекламных роликов, плакатов, слоганов и т. д. расходуется практически 500 млрд долларов США. Соответственно на долю Google приходится очень небольшой «кусочек» этого пирога — всего 3,4%. Ни о какой монополии в данном случае речь уже не идет.
  3. Многоцелевые технологические компании. Google можно смело включать и в этот пункт. Ведь компания не ограничивается только поисковиками. Есть еще и приложения для смартфонов и планшетов.

Но применительно к последнему пункту опять возникают вопросы, касающиеся монопольного положения Google. Изучение структуры доходов компании показывает, что основную прибыль поступает от размещения рекламы в собственных поисковиках. Есть и доход от иных источников, но на него приходится не более 5% от суммарного объема.

Мировой рынок потребительских технологий в разные годы оценивается практически в 1 трлн долларов США. И доля Google в данном сегменте не превышает 0,24%. Ее нельзя назвать даже существенной. О монополизме речь не идет вообще.

Руководство Google не заинтересовано в привлечении излишнего внимания к компании. Ведь во многих странах за монополизацию рынка штрафуют на значительные суммы. Соответственно, и здесь члены Совета директоров стараются уменьшить роль своей компании, чтобы не сталкиваться с самыми разными претензиями.

А как дело обстоит с конкурентным рынком?

Многие из тех, кто только выходит на рынок, совершают прямо противоположную ошибку. Они склонны преувеличивать свою роль на рынке и заявлять о полном отсутствии конкурентов. И здесь можно совершить очень много ошибок.

Например, некто приезжает в Ростов-на-Дону и заявляет, что откроет здесь языковую школу с преподаванием японского, диалектов китайского и вьетнамского языков. И этот некто заявляет, что его школа будет монополистом в данной сфере. И, конечно, это так.

Но есть очень много вопросов, ответы на которые сразу испортят настроение. Например, начать стоит с географического положения города. Он находится в юго-западной части России. И по этому признаку город намного ближе к Турции, Грузии, Азербайджану, Казахстану, чем к Китаю и Вьетнаму. И языки здесь предпочитают учить все же европейские, а не азиатские.

Школу с изучением диалектов китайского открыть можно. Но потом окажется, что клиентов при такой узкой специализации учебного заведения будет не так уж и много. Зато можно подчеркивать свое монопольное положение на этом рынке.

Можно привести и еще один пример. В Сан-Хосе в Калифорнии располагается штаб-квартира мировой платежной системы Pay Pal. И здесь же работают тысячи ресторанчиков с самой разной кухней: от мексиканской до японской и китайской.

Общие активы PayPal по состоянию на 2021 год оцениваются в 75 млрд долларов США, доход за этот же период превысил 25 млрд долларов. Открыть вторую такую же компанию практически невозможно. Но не менее сложно будет открыть где-либо на побережье Калифорнии новый ресторан индийской или китайской кухни. Здесь уже есть все возможные варианты. И привлечь клиентов только за счет того, что кари в подаваемых блюдах лучшего качества или рецепт какого-либо десерта передается через десяток поколений — это пустая трата времени и денег.

Ресторан открыть можно, но рассчитывать на сколь-нибудь значительную прибыль не приходится. В результате его сотрудниками чаще всего становятся члены одной семьи, которым гордость не позволяет оставить родственника без помощи. Либо нанимают людей, которым уже некуда опускаться вниз по социальной лестнице. Дно достигнуто.

Рынок, как в ситуации с ресторанами, поделен даже без помощи монополистов. Он формально открыт для всех желающих, но закрепиться в данном сегменте очень и очень сложно. Те компании, которые уже есть, заняты решением одной проблемы. Им нужны деньги не на реализацию сложных и дорогостоящих проектов, а на простое выживание. Здесь не идет речь о разработке и внедрении корпоративных стандартов обслуживания, наличии какой-либо этики. Главное — подача более-менее вкусных блюд и получение за это денег.

В крупных корпорациях, в том числе монопольных, ситуация обстоит иначе. Эти компании могут позволить себе принимать на работу лучших специалистов в своей сфере и предлагать им не только зарплату, но и объемные пакеты всевозможных бонусов, включая оплату личных тренеров для фитнеса и отдыха на лучших курортах мира.

Монополисты могут делать громкие заявления, касающиеся заботы об окружающей среде, и направлять миллиарды долларов на спасение редких видов пингвинов на далеком континенте. Они всерьез беспокоятся о формировании корпоративной этики и ее повседневном применении в общении с клиентами или даже между сотрудниками одного подразделения.

И здесь приходим к важному выводу. Монополист не тратит свои невосполнимые ресурсы (время и силы) на зарабатывание средств для решения повседневных задач. А для всех остальных жизнь зачастую ограничена именно попытками увеличить свой доход на тысячу-две рублей или долларов. Если рынок высококонкурентный, его участники заняты не развитием производства, чтобы предлагать продукцию лучшего качества, а попытками выйти на монопольный уровень. Тогда можно диктовать свои условия и рассчитывать на существенную прибыль.

Монополии для монополистов. А что получают остальные?

Ранее уже подчеркивалось, что монополисты могут диктовать свои условия всем остальным. Но до определенного времени. Не стоит забывать, что технологии стремительно развиваются и совершенствуются. Например, когда в мире появись первые телефоны, в США заработала компания AT&T. Достаточно долго она была монополистом в сфере телефонной связи. И сейчас остается лучшей и единственной в некоторых сферах деятельности. Но в вопросах массового доступа к телефонной связи ее доля рынка существенно уменьшилась. Практически во всех странах мира работают десятки и сотни операторов связи. Соответственно, AT&T уже не может диктовать свои условия потребителям в части стоимости и качества услуг, как это было несколько десятилетий назад.

Так же приходится действовать и иным монополистам. Руководство большей части крупных корпораций понимает, что потребителям постоянно нужно предлагать что-то, обладающее совершенно новыми потребительскими качествами. Результатом становится не только увеличение собственной прибыли, но и общее развитие технологий. За монополистами «тянутся» и остальные участники рынка, не желая оставаться в стороне.

Среди таких активных монополистов можно выделить:

  • Apple. В определенный момент компания делает существенный рывок и выводит на рынок свои знаменитые «яблочные» смартфоны. И в условиях, когда рынок формально переполнен, Apple устанавливает на свою продукцию достаточно высокую цену, которую потребители готовы платить. Они покупают не просто телефон, а абсолютно уникальный продукт, решающий сразу множество задач, и ОС iOS, аналогов которой пока нет;
  • Microsoft. В сфере создания ПО для смартфонов, планшетных ПК и иных мобильных устройств корпорация Билла Гейтса уступила лидерство Apple и Google. Но в вопросах выпуска операционных систем и офисных программ для десктопных ПК и серверов Microsoft остается на лидирующих позициях. И практически каждый год пользователям предлагаются новые версии ПО самого разного назначения.

Под началом корпораций в каждом из перечисленных случаев работают многочисленные исследовательские центры. Ежегодно на рассмотрение руководства поступают данные о тысячах инноваций. И действительно лучшие решения становятся базой для новых видов продукции. Если бы эти монопольные компании пытались затормозить прогресс, тогда с ними стоило бы бороться. Да и в современных условиях уже бы нашелся кто-либо, кто предложил более простое и одновременно рациональное решение, например, при разработке ПО или ПК.

Но остается и конкурентный рынок, участники которого только и заняты вытеснением друг друга с занятых позиций. И этот рынок остается вожделенной мечтой многих экономистов. Почему?

Потому, что многие ученые и исследователи в сфере экономики до сих пор оперируют постулатами XIX века. Они полагают, что в мире нет ничего незаменимого. Любую даже гениальную личность в такой теории можно заменить другой, имеющей аналогичный функционал.

Модель совершенной конкуренции очень легко создать и описать. Но в этой модели есть существенный недостаток, описанный на физическом уровне. Если некая система долгое время находится в равновесном состоянии, каждый из ее узлов получает одинаковый объем энергии. Далее следует всеобщее состояние покоя или «тепловая смерть Вселенной».

Эта метафора актуальна и в бизнесе. Если рынок становится полностью равновесным, он переходит в статичное состояние, а потом просто умирает. Если с такого рынка уйдет половина игроков, этого никто не заметит. Уже через пару-тройку недель откроется еще 100-200 таких же компаний, предлагающих аналогичные товары и услуги. И потребитель в большинстве случаев даже не заметит разницы. Развиваться, совершенствоваться в состоянии покоя невозможно. Нужны очень серьезные потрясения.

Теперь возвращаемся к бизнесу. Чтобы предприятие было успешным, оно должно предложить на рынок нечто уникальное, что нельзя заменить ничем другим. И необязательно это будут смартфоны на новейших чипах и со встроенной памятью, измеряемой терабайтами. Станет ли производитель новинок монополистом, покажет время. А пока не стоит думать, что монополия — это нечто, чуждое рынку и подлежащее искоренению.

Оставить комментарий:
Текст сообщения*
Перетащите файлы
Ничего не найдено